Мужчины – довольно озабоченные существа. Они озабочены, например, тем, как убедить женщину заняться с ними сексом. Это ещё довольно естественно. Но, кроме того, что они существа озабоченные, они ещё и существа логичные. Поэтому, если у самца homo sapiens получается убедить кого-то заняться с ним сексом, он переходит к последующему пункту программы. «Хорошо, – говорит он себе, – она согласна заняться со мной сексом. И что мне теперь делать? А вдруг у меня не получится?» И чтобы точно получилось, мужчины придумали мужские афродизиаки: такие волшебные таблетки, после которых у них все получается (по крайней мере, в их убеждении).

Разумеется, самым простым и логичным решением было объявить афродизиаками то, что напоминает человеческие гениталии. Например, бананы и перец-чили. Или устрицы. Казанова был убежден, что одна устрица  гарантирует один подход. Правда объект подхода зависел от везения: иногда это была желанная дама, а иногда – ночной горшок. В XVIII веке, знаете ли, устрицы часто бывали несвежими.

Аппетитные вещи, бывает, портятся; но случалось, что афродизиаком становилась вещь неаппетитная изначально. В Древнем Риме одним из лучших средств для демонстрации мужественности в постели считался пот больших, сильных и мужественных гладиаторов (принимать перед актом).

Другие неаппетитные вещи тоже подойдут: амбра (она образуется в кишечнике кашалотов – но, по крайней мере, приятно пахнет); ласточкины гнезда (птичья слюна и всякий мусор, смешанный с отходами жизнедеятельности птенцов); зародыши утят; мозги живых обезьян… Чего только не съешь ради секса?

Пот гладиатора, к счастью, можно было получить, не убивая гладиатора (благодаря этому некоторым гладиаторам удавалось дожить даже до тридцати лет) – мертвые гладиаторы, как известно, потеть не могут. А вот носорогам не так повезло. Рог носорога считается сильным афродизиаком (опять таки, из-за сходства с некоей подробностью мужской анатомии) – но чтобы получить рог носорога, носорога надо убить. И количество носорогов в мире уменьшилось с почти миллиона в 1900 году до неполных тридцати тысяч в 2018. Сейчас, говорят, изобрели синтетический рог носорога – может, поможет. Хотя бы носорогам.

Носороги – не единственный вид животных, пострадавший от похотливых обезьян. Озабоченные потенцией джентльмены едят и пьют всё, что угодно: кровь кобры и летучих мышей, пенисы тигров, кожу змей и ящериц, волчье и собачье мясо, ядовитую рыбу фугу…

После такого применение шпанской мушки (вы точно встречали этих красивых зеленых жучков) кажется вполне оправданным. Порошки и мази из этих невинных жучков широко использовались как афродизиак со времен Древнего Рима – и они действительно помогали. Ненадолго. Другое название шпанской мушки – жук-нарывник. Эти насекомые вырабатывают яд кантаридин. Он – кроме сексуального возбуждения – вызывает нарывы на коже и на слизистых (то есть, попадая внутрь, разрушает ткани желудка и кишечника), воспаление почек и почечную недостаточность, поражения печени, нарушение нервной деятельности (перевозбуждение или апатию) и, наконец, паралич. Справедливое (хоть и недостаточное) возмездие за гибель носорогов и жучков.

Но, конечно же, это всё в прошлом: пришел просвещенный XXI век, а с ним – виагра, вполне эффективное возбуждающее средство. Или нет? Носорогов и тигров продолжают отстреливать; а по городам и весям ходят удивительные истории о волшебных китайских, индийских и тибетских порошках (после которых 90-летний дедушка трижды обошел все женское население райцентра и в итоге попытался овладеть полицейской машиной, потому что ничуть не утомился).

Всё-таки мужская логика безупречна.

Правда в полной мере она проявила себя в афродизиаках для женщин. Но об этом в другой раз.